Renesense

Объявление


Ренесенс - это игра в жанре классического фэнтези; история мира, в котором есть место магии и стали, коварству героев и благородству злодеев, божественному провидению и прихотям судьбы.
Это жизнь, которая мечется между тьмой и светом в поисках собственного пути.
Ренесенс - это война богов в мире людей.
Дата и погода: март 1307 года,
близится наступление нового года. ≈12 °C
Подробнее»

• Гайд для начинающих

Открыты новые квесты,
которые ожидают своих участников!
Администратор:
Айнулиндале, Айэрес

Модератор, мастер: Гриффис
Мастер: Айга

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Renesense » Инда (Сердце) » Дворцовая площадь.


Дворцовая площадь.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Перед стройным и изящным ансамблем эльфийского дворца располагается просторная круглая площадь. Если посмотреть на неё с высоты, то можно увидеть выложенный разноцветным песчаником рисунок - силуэт дерева с длинными сплетающимися в кольцо ветвями. Здесь проходят оглашения важных для всего города новостей и королевские церемонии. По периметру расположены резные галереи и уютные беседки, увитые розовыми кустами, плющом и диким виноградом.
Вокруг, к площади подступает сад. Множество видов деревьев и трав нашли в королевском саду своё место. В воздухе стоит терпкий аромат можжевельника, а в тёплые летние вечера - сладкий запах бесчисленных цветов. Узкие тропки, лишь местами обозначенный утопленными в землю камнями, расходятся от площади в самые дальние уголки сада, огибают дворец и уходят в сторону озера Эринхад.

0

2

-Начало игры-
Этим утром Гортхауэр поднялся раньше обычного и в задумчивости встречал золотистый осенний рассвет. Осень - время перемен, время когда с севера приходят холодные ветра и стелются меж древних деревьев Запретного леса. Но в эту осень, он, по стечению обстоятельств и долгу службы, был как перелётная птица стремящаяся на юг.
Когда в ордене узнали, что сопровождать эльфийскую Звезду в дальнем путешествии будет отряд Гортхауэра, одного из самых молодых лучников в ордене, пусть и проявившим себя, послышались недовольные и непонимающие голоса. Кто-то бросал неодобрительные взгляды, кто-то позволял отпустить колкий комментарий, но оспаривать решение короля ни один не посмел вслух. Всё это было высказано непосредственно Гортхауэру, который ничем, кроме меткости своих стрел, на подобное задание не напрашивался.
Он и сам был несколько удивлен выпавшей ему судьбе, но виду не подавал. Ему льстило доверие короля и, в то же время, настораживало. Воля короля - закон. Жизнь и безопасность инфант - священный долг, который беспрекословно исполняли все лучники ордена, даже ценой своей собственной жизни.
В назначенное время он стоял в окружении братьев из ордена Таурехир, в одинаковых тёмно-зелёных туниках, с длинными луками и стрелами за спиной. Все эльфы молчали, переглядываясь и ожидая. Им не терпелось пуститься в путь, увидеть мир за границами их родного леса. Голубые тени высоких дворцовых башен медленно ползли по площади, пересчитывая камень за камнем, приближая время отправления. Отряд эльфов стоял в тени клёнов, у каждого лучника был конь, полностью снаряженный в дальнюю дорогу. Талион начал нетерпеливо поглядывать в сторону дворца, томясь в ожидании когда появится инфанта.

0

3

Осень в Инде удалась на славу, - золото одело эльфийский край, подарив изящному, белому городу, словно жемчужине, золотую оправу, заключив ее в кольцо своих лесов. Зрелище, особенно для редких гостей, изумительное, но, по правде сказать, красоты природы сейчас менее всего занимали наследную инфанту, спускавшуюся по широким ступеням к Дворцовой Площади.
Холодноватый порыв ветра скользнул по лицу, раздувая складки капюшона и плаща, которым была укрыта эльфийка, и девушка поджала губы, глядя на шагающего рядом отца. Аргалад был взволнован не менее своей наследницы, - не каждый день отпускаешь родную дочь к тем, кого привык считать скорее противниками, чем союзниками. Но другого выхода не было, - Совет уже вторую неделю рядил так и эдак, и вот единственно удовлетворительное, с точки зрения большей части советников, решение было принято. Гномы по-своему не менее горды чем эльфы, а если учитывать долгую историю взаимных претензий и неприязни, этот народ не пойдет на переговоры, если к ним не явится кто-нибудь из членов королевской семьи. Аргалад, понятное дело, ехать не мог, - король своей стране был еще необходим. Наследница, впрочем, тоже...
Но, в крайнем случае, у него есть еще одна дочь, - Амариэ усмехнулась, вспоминая ощущение, которое у нее возникло, когда эта невысказанная мысль отразилась на лицах члена Совета. Что ж, она не была в обиде, сама выступила с этим предложением, да и справедливость того, о чем все подумали, - но никто сказать вслух не посмел! - признавала. Отец поехать не мог, приезд королевы гномы могли счесть недостаточным для удовлетворения собственного тщеславия, - уж если не сам король эльфов, так хотя бы его наследник, и более никто! Так кто еще оставался... Кто, если не я?
Аргалад нахмурился, оглядывая отряд таурехировцев, выделенных Орденом для этой почетной миссии. Амариэ точно могла сказать, о чем думает сейчас ее отец, - ему казалось, что и этой охраны, составленной из лучших из лучших, недостаточно, хотя он сам и утвердил их. Ее захлестнуло чувство острой любви к родителю. Она выпростала из-под плаща руку, коснулась его локтя.
- Не волнуйся так, отец... Со мной все будет в порядке.
Непохоже было, что она его убедила. Но Аргалад уже взял себя в руки, морщинка на его лице разгладилась, сверху вниз посмотрев на дочь, он кивнул:
- Постарайся договориться с ними. Используй всю свою убедительность и... прочие навыки. Ты же у меня умная девочка, сама знаешь, что и как говорить.
Эттариэль склонила голову, давая понять, что поняла, что именно отец имел в виду под "прочими навыками". Еще одной причиной, по которой на переговоры стоило отправиться именно ей, являлись эти самые навыки. Помимо врожденной харизмы, глубокого понимания собеседника, умения расположить его к себе и незаметно добиться от него желаемого, Эттариэль еще и очень неплохо владела магией Иллюзий, что делало сочетание ее природного обаяния с магическими талантами воистину убийственным по воздействию. Может быть, недаром Эльфийскую Звезду так любили все, кто ее знал... Хотя Амариэ тешила себя мыслью, что дело вовсе не в этом, а просто в ее хорошем отношении и непредвзятом настрое. В предстоящей миссии, впрочем, все средства были хороши.
- Помню, отец, да, да. Все, что ты сказал.
Она чуть присела, когда Аргалад коснулся губами ее лба, обняв дочь на прощание, и, оставив отца на ступеньках, поспешила вниз, к охране и лошадям. Широкие складки плаща взметнул порыв ветра, сбивший капюшон с ее головы, и волосы инфанты заструились по ветру потоком. Амариэ перехватила капюшон, натягивая ткань на голову, - слишком броская внешность выдала бы принцессу с головой, для тех, кто хоть что-то слышал о ней, так что лучше в дороге было лучше не светиться. С другой стороны, инфанте надлежало прибыть с надлежащей помпой, - чтобы гномы их вообще на порог пустили. Правда, эльфы по-своему трактовали это понятие. Так что явиться инкогнито, переодевшись простой эльфийской травницой, что было бы безопаснее всего, увы, не представлялось возможным. А потому плащ, призванный скрыть инфанту от посторонних глаз, был, тем не менее, из дорогой, хотя и тонкой ткани, и расшит серебряными нитями, и скрывал полагающиеся принцессе по статусу украшения, в том числе ее знаменитый венец, по которому ее, в первую очередь, должны были признать гномы, - ведь когда-то давно они, в знак добрососедских и союзнических намерений, совместно трудились над его созданием вместе с лучшими эльфийскими мастерами.
Остается положиться на то, что слава воинов Ордена не преувеличена, - иронически подумала Амариэ, хотя в своей охране не сомневалась. Она скользнула взглядом по отобранным лучникам, - сплошная стена темной зелени с луками за плечами. Свой собственный лук принцесса не взяла, - ей не сравниться в меткости с таурехировцами, а если они ее защитить не смогут, то и на свои собственные силы рассчитывать нечего. Да и не воин она, а королевский посланник, так что статус необходимо блюсти.
Эттариэль спустилась на последнюю ступень, к которой как раз подвели белоснежную лошадь, и один из таурехировцев шагнул вперед, предлагая ей ладонь. Эттариэль оперлась на нее, подхватив другой рукой платье и плащ, взобралась на свое средство передвижения, расправляя складки по крупу, заглянула в глаза лучника, - зеленые, как весенняя листва, и такие же пронзительные.
Аргалад, в свою очередь, тоже посмотрел на предводителя отряда, и его взгляд был выразительнее любых слов. Тем не менее король счел нужным добавить и словесное сопровождение, понизив голос так, что даже острое эльфийское ухо улавливало лишь неясный шепот, если, конечно, не находилось совсем близко. Эттариэль была как раз близко, так что навострила свои острые ушки.
- За мою дочь отвечаешь головой. Если с ней что-нибудь случится, хотя бы волос упадет... в Инду тебе лучше не возвращаться, лучник!
Зачем ты ему это говоришь, отец? Он и так это понимает...
Король есть король, но он же и беспокоящийся отец. Тут уж ничего не поделаешь, - как бы не доверял он Ордену Таурехир, а лишний раз напомнить о том, что они жизнь за нее должны отдать, если понадобится, не преминул.
Амариэ сделала вид, что ничего не услышала, хотя скользнула по лицу лучника взглядом с беспокойством. Он, казалось, был еще так молод... но твердокаменное выражение лица - как, интересно, они добиваются его в Ордене у своих членов? - ни на миг вроде бы не дрогнуло.
Аргалад отошел в сторону, кивнул, давая знать, что можно отправляться, Эттариэль, в свою очередь, склонила голову, безмолвно прощаясь с отцом, подобрала поводья, и небольшой отряд двинулся в путь.

+2

4

Ожидание заканчивается ровно тогда, когда его перестают замечать. Так и на сей раз, вопреки особенному поводу, причудливые законы мироздания были непоколебимы. Мысленно Гортхауэр уже прокладывал путь через равнины, когда в поле зрения появился светлый летящий силуэт принцессы. Лучники и без того стояли стройным рядом, но при виде царственной пары, кажется, вытянулись ещё сильнее. По площади пронесся порыв ветра, схватил листву деревьев и зашумел. Плащ инфанты взмыл белыми крыльями улетающей на юг птицы.
Гортхауэр посмотрел на своих лучников, все как один с высоко поднятыми подбородками и прямыми уверенными взглядами. Хотя никто из них не мог быть уверен в том, что ждет их в Миндорре.
Накануне в ордене только и было разговоров, что о гномах, их нравах и обычаях. Немногие из таурехировцев могли похвастаться личным знакомством с горными обитателями, поэтому, как предполагал Талион, большая часть всех рассказов была красочной выдумкой, или приукрашенной былью. В горном королевстве их могли встретить, с равной вероятностью, и мудрые правители древнего народа и народ жаждущий войны. Это качество гномов упоминалось в каждой истории с ними связанной, посему верить в это стоило. Похоже, возможные перспективы занимали сейчас не только его воронёную голову, но и Аргалада, хотя об этом правитель уж точно думал намного дольше лучника.
Король был серьёзен и сосредоточен, на его ровном мраморном лице почти ничего нельзя было прочесть, но всё же, Талион видел как тот бросает на дочь беспокойные взгляды. Южные горы далеки, а гномы народ с характером и, казалось, что хрупкая инфанта совсем не та, кто должен вести с ними переговоры. Как подтверждение мыслям, на его раскрытую ладонь легла тонкая рука Эттариэль. Почти невесомая, подумалось лучнику, когда эльфийка взобралась с его помощью в седло. Он встретил синеву её глаз, глубоких, едва заметно взволнованных. Принцесса впервые покидала Инду и вернуться должна была с победой. Новый порыв лёгкого ветра пронес между ними одинокий опавший лист и Гортхауэр почувствовал на себе взгляд короля.
— Не сомневайтесь в принятом решении. - твёрдо отрезал лучник после короткого, но ёмкого молчания.
Аргалад испытующе смотрел на эльфа, которому доверил Эльфийскую Звезду. Талион держал его взгляд ровно столько, сколько было нужно беспокойному отцу, что бы отпустить свою дочь.
Таурехировцы так же синхронно обошли каждый своего коня и поднялись в сёдла. Гортхауэр придержал своего солового жеребца, отдал жестом указания о построении. Аргалад дал знак отбывать и по каменной площади застучали подковы. Караван покидал пределы дворца и совсем скоро - пределы Инды. Талион осмотрел процессию: вьючные лошади, со сложенным шатром и палатками, длинноногие скакуны с всадниками, Эттариэль. Талион задержал взгляд.
Утреннюю тишину прорезал скорбный крик сокола, парящего под облаками. Его пронзительный прощальный оклик заставил Гортхауэра оглянуться, ещё раз посмотреть на высокие шпили башен, тоже прощаясь.

--> Эльфийские тропы

+1

5

<<<--- Таверна "треснувшая лютня". Срединные земли

Возвращение на Родину...
Казалось, что с того момента, как Эйранир переместился прочь из Инды с помощью магии великой Таурехир, прошла целая вечность. И эту самую вечность Страж провел в аду...
Сейчас неспешная поступь верного скакуна несла могучего эльфа вдоль заливных лугов, на которых в солнечных бликах искрился ковер пушистого мха, испещренного белоснежными соцветиями. Сладковатый аромат меда степенно наполнял легкие, заставляя Таурендила глубоко вздохнуть и прикрыть глаза от удовольствия. Ничто не могло сравниться с этими ощущениями. Если и есть самое прекрасное, любимое и родное его сердцу место, так вот оно. Инду не спроста называют колыбелью цивилизации. Единство с природой прослеживалось в каждом изгибе эльфийских строений, которые начинали медленно мелькать на горизонте. Как же приятно вернуться домой!
Страж потянул на себя поводья, заставив гнедого мерина послушно остановиться. Конь недовольно мотнул головой и фыркнул, явно выражая стремительное желание двигаться вперед, в залитую солнечным светом долину, откуда тянуло приятной прохладой чистейших водных источников.  Эйранир поднес ладонь к повязанному багровой банданой лбу, уберегая взгляд от яркого солнца. Оливковую зелень эльфийского взора встретил стройный и изящный ансамбль королевского дворца, гордо возвышавшегося в самом сердце Инды.
- За всеми перипетиями, которые нам пришлось пережить, я уже позабыл, насколько прекрасно это место, - скорее для самого себя произнес Таурендил, робко кинув полный тепла, доброты и неподдельного, искреннего, счастья взгляд на следующую по его пятам Иссэй.  Однако сердце принца все же предательски дрогнуло, намекая своему своенравному обладателю о возможной цене, которую ему придется заплатить за неповиновение королевскому указу. Страж лишь тяжело вздохнул и прикрыл глаза, одновременно легко ударяя пяткой верного скакуна под бока и заставляя его двинуться вперед.  - Будем надеяться, что встреча с Советом не омрачит столь совершенный пейзаж темными красками. 
Однако вопреки словам тревога все же поселилась в сердце Эйранира, заставляя его биться быстрее, а самого эльфа - нервно сглатывать по мере приближения к площади, которая преграждала путь ко дворцу своим великолепием.  Здесь, как обычно, было многолюдно. Эльфийская детвора стремглав носилась по песчанику, играя в салочки и скрываясь в гуще садов и бесчисленных розариях. Наблюдая за этим пиршеством жизни, Таурендил неволей растягивался в умиротворенной улыбке. Ударивший в нос запах можжевельника заставил уголки губ еще сильнее поползти вверх. Эйранир усмехнулся, ловко спрыгивая с коня и беря его под уздцы.  Благородные эльфы, проходящие мимо, склоняли в привычном жесте головы, приветствуя магистра. Остроухие нимфы, уловив приветливый и почтенный взгляд Таурендила начинали смущенно отворачиваться и глупо хихикать. Все же Эйр слыл в эльфийском обществе завидным, гордым и неприступным холостяком. Юные девы частенько заглядывались на него, и он прекрасно понимал это. В какой-то мере восторженные женские вздохи тешили горделивое мужское самолюбие. Но теперь все изменилось. Вынужден вас разочаровать, дамы, но мое сердце отныне принадлежит лишь одной единственной. Той, чья забота и нежность надежно скрыла измученный стан под снежным покровом.
Но было и еще кое-что...А именно - стража. Опытный взор следопыта за несколько секунд распознал напряженность и сосредоточенность, которые своим холодом окутывали крепкое тело Таурендила, заставляя по спине пробежать толпу мурашек. Все взгляды были устремлены к его "скромной" персоне, в то время как "дружественные" луки предательски натянули тетиву, готовясь в любую секунду выпустить обоюдоострою стрелу.
- Иссэй...только не делай слишком резких движений. Ты ведь тоже заметила это, верно? - сосредоточенный взор устремился исподлобья на любимый лик Белоснежной. Сейчас им необходимо было быть предельно осторожными. Скорее всего, проклятый Линдар уже успел изложить Совету свою версию произошедших событий. И если лорд Талерван еще мог поддержать эльфийского принца, то интриган Линдар не упустит возможности лишний раз ткнуть королевский род носом в дерьмо. Уж в этом Страж ни секунды не сомневался. А он вляпался, и вляпался по-крупному.  Кулаки нервно сжались, а зубы скрипнули от переполняющей злобы, готовой вырваться изнутри. Одну особенность Эйранир однозначно различил - дрожащие руки бравых таурехировцев, которые с горечью и болью следили за каждым движением своего командора.
- Мое почтение, милорд! - совсем маленькая эльфийка склонилась в умилительном реверансе перед Таурендилом, приветствуя его. Эйр осторожно опустился на корточки рядом с девчушкой и тепло ей улыбнулся, забавно потрепав рукой по светло-русой голове.
- Здравствуй, Алмиэль, - улыбка не сходила с его губ, в то время как оливковая зелень взора скрылась под тяжестью век. Лишь очень опытный наблюдатель мог раскрыть хорошую игру королевского принца.  - Я тоже очень рад тебя видеть. Передай матери, что ее розы чудесны, как никогда. А теперь беги отсюда и передай другим ребятишкам, чтобы поиграли в садах подальше от площади. Договорились?
Страж подмигнул девчушке, в ответ на что та лишь широко улыбнулась и утвердительно кивнула. Как только ее крохотная фигурка скрылась прочь, Таурендил перевел полный серьезности и решимости взор на приближавшуюся стражу.  Он поднялся с корточек, отряхнув полы длинного плаща, после чего скрестил руки на груди и презрительно цыкнул. Кольцо бравых таурехировцев сомкнулось вокруг него и Иссэй.
  - Нам приказано задержать вас, Ваше высочество, и доставить во дворец, - высокий эльф, чьи длинные русые локоны нисходили до лопаток, сделал шаг вперед, опуская заряженный смертоносной стрелой лук и склоняя голову в знак почтения.
- Могу я узнать, Халлон, к чему весь этот цирк? Или Совет считает, что его магистру требуется дополнительное сопровождение? Не забывай, с кем разговариваешь! - в голосе Стража прозвучала ярая угроза, в то время как огненный янтарь взора был готов испепелить несчастного таурехировца до тла.  Несколько лучников опешили и в испуге отошли назад, вздергивая дрожащими руками луки, чувствуя истекающую из тела Эйранира магическую энергию, наполнявшей своей тяжестью воздух.
- Прошу меня простить, милорд.  - Халлон поднял вверх ладонь, дав команду стрелкам опустить оружие и успокоиться.  - Умоляю, командор, не усложняйте ситуацию. Нам не больше вашего нравится все происходящее. Но приказы Совета не подлежат обсуждению, вы же понимаете...
Эйранир презрительно цыкнул, но перечить все же не стал. Сейчас не стоило накалять и без того готовую вспыхнуть обстановку. И лишь вздувшиеся на шее жилы Таурендила, исказившие растительную татуировку, выдавали внутренний протест эльфа.
- Да будет так. Но почему этим отрядом командуешь ты? Куда подевался Мелентор?
- Ваше высочество... - Халлон, умолк, словно пытаясь подобрать нужные слова. По рядам таурехировцев прокатился шепот, холодом сковавший сердце Эйранира.  Во рту появился приторный привкус, предвещающий беду.  - Когда вы бесследно исчезли, покинув Светлые земли, на ваши поиски был отправлен наш отряд. Мелентор попал в засаду и получил тяжелые повреждения. Сейчас он находится в лазарете. Врачеватели сражаются за его жизнь.
Краски окружающего мира внезапно угасли, размазались, исказились. Голову наполнил свинец, готовый раздавить виски Стража своей жестокой хваткой. Очередная загубленная судьба верного друга, которая останется на его совести. Неужели все близкие люди, находящиеся рядом с Таурендилом, обречены на страдания?! 
Непривычно холодный ветер окатил стремительным потоком сильный стан Стража, заставив его вздрогнуть. Скулы нервно подернулись, а хрусталик оливкового взора предательски задрожал, наполняясь искрящейся в солнечных лучах влагой. Нет...он не плакал...он медленно умирал внутри.
Нужно все исправить! И как можно скорее!

+4

6

Каждый шаг, сделанный вперед, отдавался новой каплей сомнения и страха в учащенно бьющемся сердце. Каждый вдох, вместивший в себя свежесть сочной зелени, тепла и аромат озер и рек, приносил лишь тяжесть в легких. И каждое воспоминание о клятвах, данных брату, вызывали у Иссэй приступ тошноты и легкого головокружения.
- Меня не было 13 лет дома… Целых 13 лет… Проклятое число.
Она попыталась высмеять собственные переживания, обратив их в пустое переживание, но вместо усмешки, бледные уста сомкнулись в единую линию. Как никогда раньше, Белоснежная боялась ступить вперед, продолжить свой путь не смотря ни на что.
Холодные пальцы нервно перебирали поводья верного скакуна, а глупое сердце продолжало бешено рваться из груди, подставляя свою хозяйку.
Эйранир заговорил первым. Анникелл даже не ожидала того, что тишину разорвет приятный юношеский баритон, заставивший эльфийку заметно вздрогнуть и перевести остекленевший взор на возлюбленного. Она волновалась не меньше его, но рассказать всю правду о своей семье, Иссэй так и не смогла.
- Не сейчас… Он так волнуется за совет, за свое будущее, за то, что с ним могут сделать. Мне не стоит лезть к нему со своими проблемами, только не сейчас. Сперва нужно помочь ему, а потом… Я вернусь домой.
Дрейкос решительно, и даже несколько остервенело, сожмет поводья. Шумно утянув свежесть воздуха внутрь легких, она улыбнется Стражу.
- Не переживай, Эйр. Выкрутимся.
Она готова была сейчас подставить свое плечо для того, чтобы возлюбленный имел опору. Опору, которая ему так нужна в столь сомнительное, пугающее и волнующее время.
Но как бы Анникелл себя не успокаивала, страх перед неизвестностью, страх перед долгожданной встречей с родителями ее пугал больше, чем воспоминания о своем кровопролитном прошлом.
Площадь. Привычное столпотворение сородичей, любопытно взирающих на уставших и наконец, вернувшихся домой путников. Иссэй поступит так же, как и Эйранир – спешившись с Аарона, она подхватит его под уздцы и двинется неторопливо пешком вслед за Стражем.
Женщины, мужчины, дети – бесчисленное количество взглядов было приковано не только к принцу, но и к его странной спутнице, объятой совершенно в другую одежду, нежели уважаемый отряд таурехировцев. Непроницаемо-черный плащ плотно облегал фигуру наемницы, бледный лик которой сковала невозмутимость. Высокий ворот подчеркивал высокие скулы, холодный и пристальный взгляд серо-стальных глаз, а испещренные бледно-голубыми красками участки кожи выдавали в ней ту самую девушку, некогда беззаботно резвившуюся на этой самой площади. Ее вспомнили не многие, но и этого количество хватало для того, чтобы донести драгоценную весточку до дома Сар-Дрейкос-Исса. А главное, до уважаемого многими отца, который не побоится прочесать со своими людьми весь город в поисках единственной дочери, которую не видел около 13 лет.
- 13 лет. Будь ты проклята, Иссэй.
Недовольно фыркнет Белоснежная. Ступая следом за Таурендилом, она не могла не заметить взгляды юных красавиц и их кроткий смех. Это лишь вызвало слабую улыбку у самой Дрейкос, невольно вспомнившей себя в этом возрасте. Она едва ли засматривалась на юношей, все ее внимание было приковано либо к брату, либо к тренировкам. Не зря поговаривали, что в семье Сар-Дрейкос-Исса рос еще один воин.
Взор серебра глаз изучающе блуждал по окружающему пространству, задерживаясь на лицах многих, что подступали чересчур близко к фигуре Снежной. Но Иссэй заметит и то, как настороженно следила за каждым передвижением путников стража. Она было хотела позвать Эйранира, но вовремя отдернула себя.
- Не стоит… Я уже давно не знаю ситуации, которая царит в родных местах. И для многих здесь, я просто путник. Не многие меня узнали, это видно. А отец, наверное, не поверит словам пришедших.
Размышления эльфийки прервет голос Стража. Анникелл лишь слабо кивнет головой в знак согласия с эльфом, но ничего не скажет. Иссэй будет молчать ровно до той поры, пока не узнает судьбу Мелентора. Этого эльфа Белоснежная помнила весьма хорошо, как и его рану, которую ей пришлось залечивать на том проклятом озере.
- Эйранир… - Негромко произнесет Иссэй, чтобы привлечь внимание возлюбленного. – Пожалуй, нам стоит пройти до совета магистров и.. там все решить. Мелентор тебя дождется, не переживай.
Это все, что она могла сейчас сделать. Но Анникелл поняла одно – ныне, она была на чужой территории.

~

+1

7

Краски окружающего мира медленно, но верно начинали расплываться. Голова кружилась, виски наполнялись свинцом, и в них предательски стучали стальные молоты. Дыхание Таурендила участилось, а сердце отплясывало в груди самую настоящую канонаду, готовясь выскочить через горло Стража.  Сильная рука инстинктивно поднялась к мужественному лицу, замерла на мгновение, после чего нервно провела по макушке и затылку, стянув узел багровой банданы. Сейчас он готов был сделать, что угодно, лишь бы только не думать о судьбе близкого друга. Чувство вины сжирало Стража изнутри. Это мучило его и заставляло каждый сдавленный вдох отдаваться острой болью внутри.
Голоса, звуки - все стало неважным, приглушенным и доносящимся словно издалека. Эйранир будто погрузился в вакуум. Проходящие мимо статные лица благородных эльфов и прекрасных эльфиек расплывались в неясном пейзаже. И сколь отчаянно янтарный взор не пытался за них зацепиться - все было безтолку.  Я должен попасть к нему сейчас! Ведь из-за моих поступков мой друг сейчас умирает.  Пресвятая Таурехир, молю тебя, дай Мелентору еще немного времени. Клянусь собственной жизнью, что не дам его листу оторваться от твоей могучей ветви.
Фраза, сказанная возлюбленной Анникелл, лишь на краткое мгновение выдернет его из пучины собственных мыслей. Страж наградит Иссэй огненной болью горящего янтаря, после чего лишь встряхнет головой и плотно зажмурится. Кисти мужских рук сожмутся в кулаки, отчего на коже проступят напряженные жилы.
Совет, служение Родине, своему королю и народу...Что все это стоит, если близкие Эйру люди продолжают страдать и мучиться? Сколько раз ему самому приходилось пройти через ад? Если бы не Гортхауэр, Айэрес и Мелентор, то неизвестно, сколь длительным оказался бы век жизни королевского принца. Он в долгу перед ними. Если потребуется, то Эйранир, не раздумывая, пожертвует собственным бессмертием ради спасения близких и дорогих его сердцу эльфов. Ведь ради них оно до сих пор бьется...
Будь оно все проклято!
Он терял самоконтроль. Магия начала струиться по его телу, отчего воздух вокруг могучего стана Стража стал тяжелым, словно его заполнили жидким металлом. Халлон, почуяв неладное, кротким кивком приказал бравым таурехировцам действовать незамедлительно. Один из лучников потянулся к Иссэй, намереваясь изолировать Белоснежную от ее возлюбленного. Медленно...слишком медленно...
Эйраниру хватило доли секунды, чтобы грациозно развернуться на пятках и нырнуть под руку нерасторопного стражника. Плотно сжатый кулак магистра пришелся точно в центр нагрудника таурехировца. Светлая магия устремилась по жилам руки Таурендила, наполняя мышцы сверхчеловеческой силой. Удар, и нерасторопный лучник, болезненно вскрикнув, вылетел прочь из окружения, прорвав его массой собственного тела, после чего через добрый десяток метров его спина ощутимо врезалась в белокаменный свод колонны, оставив на ней заметный след.
Эйранир выпрямился в полный рост и раздраженно сплюнул. Его тело вспыхнуло ярким ореолом светлой магии, заставляющей подниматься с земли в воздух мелкие камни  и песчаную пыль. 
- Троньте ее хоть пальцем, и я за себя не ручаюсь, - его голос изменился, став пугающе грозным, холодным и...мертвым, лишенным всяческих чувств кроме гнева, который сейчас устремлялся ввысь неконтролируемыми яркими магическими всполохами. Испуганные таурехировцы отступили на несколько шагов, скоропостижно натягивая трясущимися руками тетиву луков. Послышался звон выпавших из рук стрел. Эйранир лишь презрительно цыкнул и хищно улыбнулся. Резко очертив ладонью правильный круг, Таурендил сцепил пальцы обеих рук в замок и шумно выдохнул. Могучие корни устремились из под земли, кроша в щебень песчаник, к несчастным лучникам, опутывая их своей силой, обезоруживая и заставляя задыхаться.  Страж даже не заметил, как несколько стрел вонзились в его плечо и левое бедро, отчего ткань кожаного доспеха покрылась расплывающимися багровыми пятнами.  - Либо вы дадите мне пройти, либо...
- Эйранир! - властный голос разрезал собой напряженность атмосферы, заставив толпу зевак вскрикнуть от неожиданности. Эльфы торопливо склоняли свои головы и замолкали, приветствуя короля Инды и его магистров, стройным маршем вышагивающих по дворцовой площади.  - Именем верховного правителя эльфийского народа, я приказываю тебе остановиться...брат!
- Приказываешь, Аргалад? Ну что же...  - пламя светлой магии постепенно угасало, а плотные корни отпустили несчастных лучников, позволив им облегченно вздохнуть и повалиться на землю.  - Долго же вы волокли сюда свою задницу, ваше величество!
Озлобленный взгляд Стража исподлобья устремился на старшего брата. Эйранир согнулся в нарочито корявом реверансе, наигранно приветствуя своего короля.
- Выбирай выражения, сопляк! - один из членов Совета резко вздернул свою длань ввысь, сжав ее в кулак. Вокруг Таурендила в мгновение ока вспыхнули яркие клинки, искрящиеся заряженной силой молнии.
- Значит, вон оно что... - Эйр, скривившись, выдернул, не церемонясь, стрелы из своего плеча и бедра, бросив их на мощеную площадь, после чего изобразил на лице слабое подобие улыбки. - Решил меня нейтрализовать вместо того, чтобы выслушать, старший брат? Видимо, есть в этом мире вещи, которые никогда не...
Он не успел договорить. Электрические копья вонзились в могучий стан принца, заставив его пасть на колени и болезненно вскрикнуть. Мгновение, и тело Стража обмякло, звонко рухнув ниц на пыльный песчаник.
Аргалад отвернулся и прикрыл глаза, не в силах более наблюдать за мучениями собственного брата. Его правая длань грациозно и сдержанно провела усталым движением по отрешенному лицу, убирая за ухо прядь белоснежных волос.
- Отнесите его во дворец. Далее его судьбу будет решать Совет. - по приказу короля бравые таурехировцы с нескрываемой горечью в глаза подхватили под лопатки собственного командора, увлекая его прочь с площади, на которой стало слишком многолюдно. Аргалад гордой поступью дошел до Иссэй, оценив ее изучающим взором. - Я знаю, кто вы, благородная дева. Поэтому попрошу вас пройти с нами. Думаю, вам  найдется, что сказать членам Совета в защиту или обвинение моего...брата...
Его взор оставался холодным, непроницаемым и пугающе равнодушным. И лишь дрожащий хрусталик королевского взгляда, готовый наполниться искрящейся влагой, мог убедить внимательного наблюдателя в истинных чувствах, терзавших королевскую душу.
Гордо взмахнув длинным плащом, Аргалад поспешил удалиться прочь, увлекая за собой свиту...

>>> Инда. Дворец. Тронный зал

Композиция, вдохновившая на написание...

Отредактировано Эйранир Таурендил (2014-04-26 15:30:39)

+1

8

Фраза, сошедшая с бледно дрожащих губ Анникелл, не принесла никаких плодов. Эйранир едва ли избавился от тягучего потока мыслей, омрачавших его лик. Белоснежная прекрасно знала такое состояние, знала и то, как сильно могут тяжелые раздумья отравить некогда здравый рассудок. Но смогла ли Иссэй поставить на кон все из-за своих друзей?
- Стоп-стоп. Каких друзей? Себя и свое эго?
Она совсем забыла, что успела отказаться от тех, что некогда ее окружали. Близкие, друзья, знакомые – они все давно пропали, и даже эльфийская память не желала помочь своей хозяйке и напомнить образ тех, что наполняли смысл жизни Иссэй. И только Эйранир стал тем, кто мог разбавить одиночество наемника. Но Страж стал не только силой и поддержкой, он также был в лице слабости. Той слабости, которой могли воспользоваться враги.
От пугающих рассудок мыслей, Иссэй не смогла заметить и то, как Халлон дал беззвучный приказ своему отряду. Было протянутые к эльфийке руки – отдалились, как и сам эльф, решивший опрометчиво исполнять приказ своего предводителя. Таурендил встал на защиту своей возлюбленной, идя наперекор не только судьбе, но и своему статусу.
От вспышки светлой магии, от эфемерных потоков невероятного могущества, ноги Иссэй предательски подкосились.
- Вот она! Вот она расплата за владение теневой магией.
Ее дрожащая рука настигла шею скакуна и Аарон, ощутивший ухудшение состояния своей хозяйки, сделал несколько шагов вперед, преграждая путь таурехировцам к Анникелл. Активизация светлой магии действовала пагубно на Дрейкос, отбирала устойчивость и силу, но в свою очередь пользоваться теневой магией, Снежная не стала.  Узнай любой о том, что эльфийка ступила на путь Темных и дорога к эшафоту ей заказана.
Дрейкос скрыла за тяжестью век серебро глаз. Шумный вдох позволил ей привести мысли в порядок, как и установить временный баланс своих сил. Бледно-голубые узоры витиеватых татуировок вспыхнули в одночасье, заструились по шее вверх, касаясь подбородка и мочек остроконечных ушей. И в следующий миг, в сторону бравых таурехировцев, устремились льдисто-острые стрелы. Их ледяные наконечники поразили плечи и ноги эльфов, распространяя природный лед по одежде и коже. Это был ответ Иссэй тем, кто послал свои стрелы в Эйранира.
- Либо вы дадите мне пройти, либо...
- Либо я помогу вашему предводителю встретиться с Таурехир раньше положенного времени.
Громогласно-стальной голос Дрейкос разорвет гул окружающего пространства, а в лучах теплого солнца сверкнет зловеще льдистая стрела, наконечник которой был направлен в голову Халлона. Ее руки не дрожали, как и не смела, дрогнуть душа. Ни сколько уверенность, сколько дерзость и наглость руководили сейчас Анникелл, намеревающейся постоять не только за себя, но и за возлюбленного.
- Эйранир!
Голос. До боли знакомый голос Короля пронзил пространство и заставил замолчать всех. Отчего-то, сердце Иссэй содрогнулось, сжалось и ощутило укол страха. Приказ, данный королем, не могла оспорить даже Дрейкос. Ледяная стрела растворилась в хрупких руках мага бледно-голубыми лентами.
Разговор двух братьев был коротким и скупым. И за свои слова, Эйранир поплатился весомым уроном. Поток ветра ударил по телу и лицу Анникелл, отступившей на краткий шаг назад. Она прикрыла на мгновение глаза, защищая их от частичек взвившейся ввысь пыли. Но когда взор скользнул обратно на Таурендила, в стан которого вонзились клинки, Дрейкос ощутимо встрепенулась. Ее тело уже не слушалось приказам здравого рассудка. Ноги донесли ее до Стража, плечи которого тот час попали в крепкий плен когтистых ладоней, не позволяя эльфу коснуться земли.
Взор холодного серебра глаз, принадлежащих дочери уважаемого дома Сар-Дрейкос-Исса, хранителей серебряных драконов, скользнул по фигуре Аргалада. На кону стояла честь ее родного дома, репутация отца, но даже здесь, Иссэй не смогла идти наперекор своему сердцу – во взгляде эльфийки появилось высокомерие и отвращение, граничащее с безмолвным обвинением в неверном поступке короля.
Эйранира, сознание которого кануло в беспамятство, забрали из рук Анникелл. Снежной не оставалось ничего другого, как подняться на ноги, и достойно встретить своего короля. Дрейкос склонит голову перед величественным эльфом, более не смея наградить его взором.
- Я знаю, кто вы, благородная дева. Поэтому попрошу вас пройти с нами. Думаю, вам  найдется, что сказать членам Совета в защиту или обвинение моего...брата...
Грудь Анникелл судорожно вздымалась, а воздух, циркулирующий по легким, казался обжигающим. Сомкнув бледные губы в единую линию, Иссэй лишь качнет согласно головой и вернет взор на мужчину. Даже сейчас во взгляде светло-серых, ставших почти белыми, глаз можно было различить надменность и осуждение. И только сейчас, Дрейкос невольно вспомнила девиз своей семьи: «Семья, долг, честь.*»
Неважно, что случится, не имеет значения, что произойдет дальше, но семья была и будет превыше всего. И только потом – думать о долге и чести.
- Я найду, что сказать...
Аарона подхватил под уздцы один из таурехировцев, чтобы увести. Анникелл, ведомая зовом своего сердца, проследует за королем, советом и отрядом, безмолвно лелея надежду о том, что до отца не дойдет тот слух, что его дочь подняла руку на отряд таурехировцев и намеревалась пойти против своего народа.

* - к/с Игра Престолов. Девиз дома Старков.

Дворец. Тронный зал

Отредактировано Иссэй (2014-04-26 17:42:10)

+2

9

Второй сезон
http://s7.uploads.ru/t/zKVtZ.png

Все последующие события разворачиваются начиная с 1 марта 1307 года, согласно форумному летоисчислению. Завершение предыдущих отыгрышей переносится во флешбек по усмотрению игроков. С изменениями в мире и произошедшими событиями можно ознакомиться в соответствующей теме.

0


Вы здесь » Renesense » Инда (Сердце) » Дворцовая площадь.